Против чего люди чаще протестуют?
Наши эксперты - Ири́на Э́риковна Беке́шкина — украинский социолог, специалист в области политической и электоральной социологии и политолог Ростислав Ищенко.
Р. Ищенко:
— Выборы — выборами, язык — языком, но даже в прошлом году больше акций протеста имели социально-экономические причины. Таких акций собралось 43%. А за первые пять месяцев этого года доля социально-экономических протестов возросла до 55 %!
Больше всего среди них акций, связанных с незаконной застройкой и другими вопросами развития территории (10 %) , защитой окружающей среды (8 %), коммунальной инфраструктурой, в частности повышением тарифов и плохим состоянием дорог (7 %), задержкой зарплаты (6 %), вопросами здравоохранения (4%). Так выглядит первая пятерка самых актуальных тем, по которым реально уже выходят протестовать. А уже после нее идут политические вопросы (т.е. непосредственно связанные с политической борьбой ) — 27% , и идеологические — 26%.
— Какие новые причины могут «вывести» на улице больше людей?
И. Бекешкина:
— Прежде всего — ухудшение их личного социально-экономического положения. Это, в частности, резкое снижение уровня жизни (34,5% населения), невыплата заработной платы , пенсии, стипендии и т.п. (32% ), принятие властью решений, ухудшающих положение социальной группы, к которой принадлежит гражданин (24%), резкое повышение цен (21 %), рост безработицы (19%).
Кстати, только для трети населения (34%) не существует никаких факторов, которые могут побудить к выходу на улицу с протестом.
— А что еще вызывает у людей желание протестовать?
И. Бекешкина:
— Несмотря на то что доля социально-экономических причин с октября прошлого года продолжала расти и была «вне конкуренции», в этом году в мае мы зафиксировали и существенный, в разы, рост намерений людей протестовать по некоторым политическим причинам. Возросло значение таких неэкономических причин выхода на улице, как случаи притеснений демократии (было 3,5 % — стало 13 %) и необходимость поддержки досрочной отставки Президента (было 4 % — стало 9 %) . А вот внешнеполитическими вопросами — присоединение к ЕС , НАТО или Таможенный союз — людей на акции протеста, как показывает исследование, уже не поднять.
Радикализм растет
— Опрос, который Центр Разумкова проводил в марте, показал появление достаточно высокой доли граждан, готовых выходить на улицу не только митинговать, но и для участия в значительно более радикальных формах сопротивления: 16,9 % выразили готовность участвовать в забастовках, 16,7 % — в несанкционированных митингах и демонстрациях, 13,4 % — в бойкоте решений органов власти, 9% — в блокировании движения, 4,3 % — в уличных беспорядках, а 4 % — даже в создании независимых от власти вооруженных формирований!
И. Бекешкина:
— Вообще такая довольно высокая доля граждан, готовых к радикальным формам протеста, является очевидным свидетельством уровня отчаяния общества. Скажем, на вопрос о готовности участвовать в независимых от власти вооруженных формированиях обычно отвечают чуть более 1 % граждан, а здесь — до 4%. Я прогнозирую, что ближайшие опросы покажут еще рост доли таких людей.
— А если сравнивать нынешний год с «неизбирательным » 2011- м?
Р. Ищенко:
— Тогда насильственных акций состоялось 4 %. То есть по сравнению с тем годом теперь имеем 3-процентное увеличение количества таких акций. Правда, требуется уточнение, насколько характер украинского насильственных акций отличается, скажем, от египетских. У нас большинство протестного насилия (например избиение кого-то или разрушение памятника) заранее спланировано, а не является результатом проведения мирных собраний, вышедших из-под контроля. Притом вреда непосредственно людям (а не только имуществу) наносят меньшинство из зафиксированных нами насильственных акций .
Протестные настроения в Украине ниже, чем на рубеже 2013/2014 годов, но выше, чем год назад. Об этом свидетельствуют результаты опроса, проведенного фондом Демократические инициативы совместно с Центром Разумкова, которые представила сегодня на пресс-конференции директор фонда Деминициативы Ирина Бекешкина.
В соответствии с результатами опроса, 7,7% опрошенных уверены, что массовые выступления в случае ухудшения уровня жизни или необходимости защиты своих прав неизбежны. 27,7% полагают, что протесты, скорее всего, будут. 35,3% считают протесты маловероятными, 18,2% уверены, что их не будет.
В июле 2015 года в том, что протесты будут, были уверены 6,1% опрошенных. 22,2% полагали, что скорее всего будут. 33,2% считали протесты маловероятными, 26,9% были уверены в том, что их не будет.
В декабре 2013 года в том, что протесты будут, были уверены 13,2% опрошенных. В том, что они скорее всего будут - 18,9%. Маловероятными протесты считали 32,7%. В том, что их не будет, были уверены 27,2% опрошенных.
Принять участие в протестах, в соответствии с опросом мая 2016 года, готовы 6%, скорее всего готовы - 18,2%, скорее всего не готовы - 23,6%, не готовы - 39,1%.
В июле 2015 года готовы были принять участие в протестах 3,9%, скорее всего готовы - 14,2%, скорее всего не готовы - 23,7%, точно не готовы - 43,3%. В декабре 2013 года принять участие в протестах планировали 9,3% опрошенных, скорее всего готовы были принять участие 18,3%, скорее всего не готовы 19,4%, точно не готовы 42,7%.
Опрос был проведен с 11 по 16 мая 2016 года. Опрошено 2016 респондентов в возрасте от 18 лет во всех регионах Украины, за исключением Крыма и оккупированных районов Донецкой и Луганской областей. Погрешность - 2,3%.
Бунты или революция?
— В ближневосточных странах интернет стал существенным фактором катализации революционных событий. Влияет нынешний уровень развития интернета на вероятность «революционного» развития событий ?
И. Бекешкина:
— Очень! Во-первых, любая информация распространяется мгновенно. Кроме того, есть бесчисленное количество информационных сайтов, которые узнают информацию сами и перепечатывают с других сайтов, ко многим людям новости «приходят» прямо в их аккаунт в «фейсбуке» через информационные ленты, на которые они подписались, и сообщения, переадресованные другими пользователями сети .
Много информации из соцсетей сейчас идет и в газеты, и на телевидение, то есть она влияет на все информационное пространство страны. Другой аспект: соцсети действительно дают хорошие возможности людям собраться вместе по интересам (в частности, и политическим), самоорганизоваться на акции протеста.
Сейчас у нас такая возможность людей быстро собраться через сеть на какую-то акцию еще не имела таких глобальных последствий, как в последние годы в нескольких арабских странах, но по крайней мере потенциально это действительно новая очень мощная возможность, которой не было в 2004-м.
— Почему же при таких настроениях и технологических возможностях объединяются - люди до сих пор не на тех улицах и площадях, где совершали Оранжевую и Майданную революции?
И. Бекешкина:
— Основной причиной нереализованности намерений участия в протестах является то, что люди не верят, что митинги и демонстрации что-то изменят — так считают 56 % населения.
Другими причинами являются страх репрессий со стороны власти (33%) , недоверие к лидерам, которые организуют митинги (32%). 26,5 % населения считают , что люди не реализуют высказанные протестные настроения , потому что просто очень ленивы и хотят , чтобы за их интересы боролись другие .
לא נמצאו הערות
