​«Коротаем мы ночи длинные, нелюбимые с нелюбимыми…»

          Иллюстрация сгенерирована ИИ.­

          1

          Ерем сидел на кухне и задумчиво курил. Вдруг за спиной послышались лёгкие шаги и сонный голос супруги Амест:

          — Третий час ночи… чего не ложишься? Посмотри — пепельница полная. У тебя же давление…

          Он не обернулся. Жена, не дождавшись ответа, тут же молча ушла в спальню.

          Вчера Ерему исполнилось семьдесят…

          Дома собрались самые близкие: сыновья с семьями, сестра, брат, внуки. Стол накрыли богатый. Говорили тёплые слова, желали «сто лет жизни» — конечно, вместе с Амест.

          Ерем благодарил. За весь вечер он выпил лишь полбокала сухого вина.

          Когда гости разошлись, в доме стало тихо.

          Он, потушив сигарету, закурил новую, прикрыл глаза и мысленно вернулся туда, куда дороги уже нет: в молодость.

          Ему двадцать пять. Инженер на заводе. Хорошая зарплата, уважение, впереди — беззаботная, счастливая жизнь.

          Он всегда мечтал найти супругу, которая будет ему не только женой, но и другом, с кем можно будет поделиться самым сокровенным, спросить совета.

          Когда он встретил Амест, медсестру станции переливания крови, ему показалось: вот она. Девушка была на два года младше его.

          Сыграли весёлую, пышную свадьбу. Стали жить отдельно. Ерем готов был носить супругу на руках, он был влюблён в неё. Спешил с работы домой, ждал вечера, чтобы быть рядом со своей любимой.

          Через некоторое время он начал замечать: она всё чаще избегает исполнения своих супружеских обязанностей. Сначала — под разными предлогами, потом просто так, без всяких причин и объяснений.

          Он её никак не понимал. Сильно злился и начал пить. Но после этого становилось ещё хуже.

          Однажды она сказала спокойным, будничным голосом:

          — Мне Это не нужно… Пойми же ты, наконец. Оставь меня в покое.

          2

          Он очень долгое время терпел. Родились сыновья — Самвел и Арам. Ерем надеялся: дети всё изменят. Не изменилось.

          — Сколько можно повторять? — сказала она однажды. — Иди к кому хочешь, куда хочешь. Мне Это не нужно.

          Он ушёл. Развёлся. И, естественно, загулял. «Не нужен я тебе, ну и Бог с тобой! Зато нужен другим», - подумал он. Жил, как попало. Но детей не бросил, помогал, как мог.

          Через пару лет вернулся. Надеялся: может, время что-то изменило. Ничего не изменилось. Всё было, как прежде.

          Они снова стали жить вместе. В одной комнате. В одной постели.

          Их разделяло нечто большее, чем простое расстояние: он перестал подходить к ней, смотреть в её сторону – одним словом, не замечал вовсе.

          Его нередко охватывало странное ощущение: он считал, что в нём есть некая неполноценность, что он не похож на остальных мужчин.

          Шли годы. Сыновья выросли, женились, разъехались.

          Жизнь со стороны казалась безупречной: гости, праздники, разговоры. Соседи и друзья завидовали их счастливому семейному союзу.

          Ночью Амест ложилась, укрываясь своим одеялом, позже приходил он. Ложился рядом и отворачивался.

          Когда в последний раз между ними была близость — он не помнил. Десять лет назад? Двадцать? Больше?..

          Когда-то он думал начать новую жизнь. Были женщины, были попытки, но ничего не случилось.

          Ерем посмотрел на часы — пятый час. Закурил по новой.

          «Семьдесят… — подумал он. — А ведь хочется… просто женского тепла. Обычного. Я ведь… мужчина…»

          Он встал, вытряхнув пепельницу, погасил свет. Лёг. Укрылся одеялом. И, как делал это десятилетиями, повернулся спиной к жене. Рядом тихо посапывала Амест.

          А в голове откуда-то появились слова из песни Надежды Кадышевой «Широка река»:

          Постучалась в дом боль незваная,
          вот она любовь, окаянная…
          Коротаем мы ночи длинные —
          нелюбимые с нелюбимыми…

          Апрель 2026 г.