В последнее время среди про русски настроенных граждан планеты много ходит разговоров о святости Руси, её неприкосновенности, и даже защите её как территории. И это не случайно. на это счёт можно найти как политические аргументы, так и самые естественные - природные.
Дело в том, что не только жители Руси, но и сама Природа создаёт вокруг неё защитный охранительный пояс.
Она как творец ничего не делает случайно и всегда сохраняет то, что получилось удачным. Как творец она никогда просто так не расходует свою энергию и зря не расточает свои ресурсы. Она очень бережно относится к своим творениям, особенно если те достигают нужных результатов и которые следовало бы закрепить. Вот потому и создаются её запасники в виде, например, устойчивых платформ. На протяжении веков, тысячелетий и многих-многих лет более этого - эти платформы-плато сохраняют на себе лучшие образцы, созданные в разные эпохальные времена. Это - золотой запас.
Заявление Путина о священном характере его страны означает не меньше и не больше того факта, что Россия намерена выжить.
Неоднократно звучало, что страна приближается к демографической катастрофе. Однако по прошлогодним данным, уровень рождаемости подскочил до 1,7 ребёнка на семью с 1,2 десятилетие назад, явив беспрецедентное для мирного времени восстановление.
Обращение к идее Святой Руси не должно никого удивлять. Её понятие появилось со времён падения Византии, когда центр Православия сместился из «второго Рима» (Константинополя) в «третий Рим» (Москву).
После падения коммунизма большинство западных стратегов полагали, что либеральная демократия будет распространяться на восток от НАТО и европейского сообщества. Проблема заключается только в том, что Западную Европу едва ли можно назвать образцом для подражания: она исчезнет или станет незаметной уже в нынешнем столетии. Путин понимает это и осуждает моральное разложение Запада.
Единственное,чего хотелось бы пожелать и напомнить России, так это терпимости и к другим вероисповеданиям. Без этого ключевого понимания - России будет гораздо тяжелее решать задачи, которые свалились на неё сегодня.
Так сложилось, что эти задачи планетарного масштаба. Православие же на планете не повсеместно хорошо распространено и не принято основной верой народа. Графики и таблицы можно посмотреть здесь: Православие
Однако, я во многом согласна с авторами идей, которые предлагают восстановить империю во главе с Россией, которая после разгрома и разграбления Европой Византии, взяла на себя эту миссию. И согласна с тем, что титульной религией для такой империи конечно же должно стать православие.
![](http://mabtribune.com/000/u74/002/f125abe4.jpg)
Природа всё изменяет постепенно и рано или поздно все мировые религии найдут общие точки соприкосновения, которые позволят им сосуществовать ТОЛЬКО мирно.
Цитата:
Что же касается ориентации на будущее, то возможны три варианта выбора.
Можно стать на путь изоляции и породить, скорее всего, пренеприятнейшее государство, отпихивающее всех. Тогда большой культуры у нас впереди нет. Мы порвем с собственной традицией. Это возможный путь — он, кстати, спокойный.
Возможно возвращение к имперскому самосознанию. Это вовсе не означает, что народ в обязательном порядке должен застолбить границы бывшего Советского Союза или Российской империи на 1913 год вместе с царством Польским и великим княжеством Финляндским. Это — готовность решительно сказать, что империя существует, мы ее сохраняем и готовы принять всех, кто желает остаться. Но исходить мы будем из приоритета существования империи, а не существования республиканских границ в Советском Союзе. Если есть желающие жить в составе исторической России, то они получат необходимую поддержку, любую. Но та территория будет частью империи.
Есть третий путь, не исключающий второго. Я бы его назвал культурологическим. Он наиболее продуктивен и возможен только в варианте подлинного культурного подъема. Я имею в виду ориентацию на верность органичной для нас культуре — восточнохристианской. Тогда нас интересуют, безусловно, все восточнохристианские дела, а это обременительно. Хочу подчеркнуть, что имею в виду не конфессиональную верность. Если вероисповедание — это личное дело каждого отдельного человека, проблема его отношения к Творцу, то вопрос о принадлежности к культуре — дело не человека, это дело народа. Будет культурный подъем — мы можем воссоздаваться в таком ключе. Тем русским, которые ориентируются на такой вариант выбора, важно не сколько у них будет земель, а главное, какие это будут земли.
![](http://mabtribune.com/000/u74/002/c16165ca.jpg)
А вот далее я НЕ согласна с автором статью. Зачем же так упрощать идею и отвергать то. что уже сложено в ЕДИНСТВЕ?!
нам нужно продвигаться вглубь Азии и не потому, что там другие веры, а потому, что там отношение к БОГУ или ТВОРЦУ соответствует высшим духовным принципам.
НЕ ПО ТЕРРИТОРИИ нам нужно империю строить, а по родству с ДУХОМ НЕБЕСНЫМ! Поэтому и в Азию наш ПУТЬ лежит! Это давно завещано и этому БЫТЬ! Не только о безопасности государств пришло время думать, а о безопасности ВСЕЙ ПЛАНЕТЫ и ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА пришло время заботиться. И по всему - это задача РОССИИ, потому что только здесь морально-нравственный облик человека соответствует божественным принципам.
НЕ СОГЛАСНА:
Что подсказывает культурология вопроса? Россия — страна восточнохристианского происхождения, восточноевропейская. Вследствие этого она не может подчиняться тем внутренним и внешним процессам, которые подталкивают ее сползание в глубь Азии. Что такое Россия без территорий по Днестру, без Закавказья, без Прибалтики, но со Средней Азией? Я никого не хочу обидеть, и пренебрежение к среднеазиатам мне чуждо, как и агрессивные амбиции в отношении тех, кто уже давно созрел для отделения. Я утверждаю только: Россия всегда экономически, политически, стратегически тяготела к Балканам и Ближнему Востоку. Россия — страна восточноевропейской культуры и должна тяготеть к Восточной Европе. Это ее нормальное состояние.
СОГЛАСНА
А что если Россия опять вернется к имперским амбициям? Я бы ответил так: если она вернется к имперскому сознанию, то честь ей и хвала, а если только к амбициям — тогда плохо. Амбиции — это сугубо территориальные претензии политиков.
Гораздо более мощными мне кажутся заявления о том, что та или иная территория — наша земля, и отделяться они могут, оговаривая с нами границы, нормы внутреннего и внешнего поведения. Это было бы спокойной имперской политикой, кстати, уважительной по отношению к соседним этносам.