Евгений Дьяконов отрывки книги «В зоне uz», том первый «Для тех, кто свободу любит [http://goo.gl/p2NeIg]»
"Смерть пахнет мокрым бетоном и пылью "
А тебя били, когда нибудь резиновой дубинкой по спине? Наотмашь и добавкой по почкам, а потом окатят холодной водой из ведра, и бросят на бетонный пол в карцер дня на три. Днем жара и вонь, а ночью озноб и крысы огромные как кошки, воды на полу по щиколотку. Говорят, что удар по почкам заменяет кружку пива! Не надо никакого пива, достаточно трое суток карцера и здоровья отнимут на полжизни вперед, потом будешь вспоминать долго этот кошмар.
А били ли тебя, когда ни будь кирпичом по голове? Нет!? А сапогом по морде? Это сильнее чем пол-литра водки натощак с утра! Ты лежишь на спине, лицом к верху, а мент, со зверской рожей, с усилием проворачивает на твоей морде сапогом вправо-влево, как обычно тушат окурки на земле. Кровь из носа теплым ручейком стекает по щеке, за ухо, а потом наступает состояние эйфории и легкости, близкое к оргазму и легкий сон прерывается болью в спине, потому как, тебя пинают ногами. Такое было с Сержем в «25 зоне» Караулбазар, его убивали медленно и методично, забрасывая уже бездыханное тело кирпичами, чтоб сымитировать несчастный случай на производстве.
А еще хуже, когда тебя ударят из-за угла по спине резиновым шлангом, в который заправлен стальной трос с болтом на конце, любовно укутанного сырой резиной, на зоновском жаргоне именуемый «ишачий х*й». Всякий человек падает на пол и уже потом теряет сознание от боли, но его продолжают бить этими шлангами, пока тело не превращается в единое месиво из мяса и костей, хотя есть счастливчики, кто выжил после такой процедуры, но они уже никогда не могли без содрогания воспринимать любое резкое движение близ себя.
Это случилось с ним на третий день его пребывания на «Караулебазаре», и за месяц до печально знаменитого бунта летом 1997 года, где Серж оказался в числе тех, кому суждено было выжить, спрятавшись в яме с нечистотами [http://zona-uz.narod.ru/50-zhizn-dermo.html]. Целый день зеки стояли по грудь в дерьме, укрываясь от пуль спецназа и гусениц танков, которыми давили зеков, как тараканов.
-«А было ли это со мной» - подумал Серж, рано поутру вглядываясь в постаревшее отражение в зеркале и умываясь ледяной водой, он сам для себя сделал вывод, и продолжая собственные аналитические заключения, через 6 лет, находясь в норвежском лагере размещения беженцев Сурнадал и тут же ответил, - «Да было и именно со мной, я расскажу Миру об этом».
Но это было потом, а сейчас он был здесь, в подвале МВД и будущее его представлялось совсем незавидным. Подвал ИВС (Изолятор Временного содержания) расположен на три уровня под зданием МВД по адресу проспект Космонавтов 1, г. Ташкента, в народе именуемое – «Кричи не кричи», три этажа вниз, это глубоко под землей, так что, никто не услышит.
48 дней Сержа Ивакова держали в камере-одиночке и регулярно истязали, за отказ от дачи показаний. Здесь он нашел новую форму жизни человека, в подземелье, на глубине 20 метров, о четырех стенах и на пространстве три на два метра. Это совершенно новая конфигурация существования в неволе, когда теряешь счет дням и вообще забываешь кто ты и где ты. Полное отрешение от реальности, лучшего состояния для принуждения к признательному самооговору и не придумать. Ты забываешь, что ты человек, не соображая, что сейчас, день или ночь! Наверное, о чем-то таком догадывались и менты, потому камеры-одиночки в подвале МВД, а всего их там три, были оборудованы по минимуму, чтобы человек там испытывал наибольшие страдания.
В камере - одиночке не было места даже для хождения, лишь подобие табуретки привинченной к полу и стол на одной ножке у стены, который занимал полкамеры. Остальное пространство занимало место для сна, «шконка» она откидывалась как верхняя полка в поезде, только на цепях. Выводили в туалет два раза в сутки, оправляйся, как хочешь, хоть умри, хоть обделайся, но убирать дерьмо, потом придется самому за собой. Для таких как Иваков, то есть для «политических» и «религиозных» было введено «спецпитание» и «спецрежим», ежедневный рацион арестованного состоял из 450 грамм серого хлеба, и литр кипятка, это для здорового организма, а на сон отводилось всего 5 часов в сутки, причем в разное время, чтобы человек не мог привыкнуть к режиму. Все время пребывания в одиночке, 48 суток, с него не снимали наручники, даже когда выводи по нужде в туалет. В 1997 году Сержу было всего 29 лет, за полтора месяца он потерял 37 килограмм.
Но этого было им мало, в штате сотрудников подвала МВД, было несколько женщин, наверное, потому что были арестанты женщины тоже, одну из них звали Альфия, младший сержант милиции, жгучая брюнетка с осиной талией и длинной косой, она придумала пытку – «Газовая камера». Да уж! Это тебе не в ухо пёрнуть, пьяному другу на рыбалке в палатке, это нечто особенное. Здесь было все и боль и слезы и разврат. Однажды Альфия, стреляя похотливым взглядом и изящно повиливая бедрами зашла в камеру, а рядом стоящий лейтенант, скомандовал: - «Руки за голову, лицом к стене, ноги шире». Серж послушно выполнил команду, а мент высыпал на пол хлорку из пакета. Серж краем глаза увидел как Альфия, повернув к Сержу роскошный зад, задрала юбку и спустив ажурные трусики, слегка присев стала методично мочиться на кучку хлорной извести, выводя фигуры попой. Одев трусы и небрежно поправив юбку она хихикнула. Девушка подошла к Сержу ближе и поправляя одежду, лукаво произнесла – «По ногам потекло, а в рот не попало», а лейтенант шлепнул ее по попе, оба скрылись за дверью, клацая ключами. – «Дышите глубже, пролетаем Сочи», услышал Серж уже за закрытой дверью. Кучка хлорки под действием любой агрессивной жидкости, и тем более мочи стала выделять ядовитый газ и Серж, понимал, что он продержится максимум минут десять не больше, потом подохнет, и поэтому растерзал пакет из-под хлеба, укрыв хлорку целлофаном и газетами, а после накрыв все это своей курткой. Через четыре часа хлорка разъела и целлофан, и куртку, а Серж очнулся от холода на прогулочном дворе.
Как ты думаешь, в чем же была вина Сержа Ивакова? Естественно все понимали, что наркотики и патроны подсунули ему в карман менты, выполняя приказ начальства, для того чтобы упрятать его за решетку и отнять бизнес. Его вина была в будущем, в потенциальной опасности для диктаторского режима, в котором не было места, таким как он. Всякое инакомыслие в Узбекистане истреблялось на корню и выжигалось каленым железом. Серж совершил две больших «ошибки», первая – он поверил в существующую власть и вторая, он перешел дорогу кому-то из властных структур. Деятельность «Ташкентского рок-клуба», созданного Сержем Иваковым, после распада «афганских» ветеранских организаций, составляла реальную конкуренцию молодежному про-правительственному фонду «Камолот» и это мешало чиновникам разворовывать большие деньги из бюджета.
Говорят, что в Китае до сих пор есть статья, по которой могут осудить человека за вольнодумие, проще говоря, за образ мыслей. В современном Узбекистане это статья 159 – «За антиконституционную деятельность», при этом диссидентов или оппозиционеров и просто недовольных сажали в тюрьмы по уголовным статьям, подсовывая им патроны и наркотики, щедро раздавая своим согражданам огромные сроки и подвергая их средневековым пыткам за несуществующие преступления. Такую практику в Узбекистане ведут и посей день. К сожалению! Аналогичные примеры истребления ты можешь видеть сегодня и в других странах СНГ, «укрепляя вертикаль власти» и медленно реанимируя сталинские репрессии.
В то время по Ташкенту в то время шел слух, что приказ «разобраться с Ташкентским рок-клубом» дал лично Ислам Каримов, но якобы он не давал такого приказа, уничтожать частную фирму, которая даже в априори не могла конкурировать с правительственными структурами. Ответ оказался прост, как семечки в стакане. Об этом Серж узнал позже и совершенно случайно, уже находясь в Норвегии, выяснилось что президент только дал распоряжение, разобраться почему же концерты частной фирмы, мелькают чаще чем, концерты учрежденного им фонда. Но как говорят на Востоке, заставь дурака найти тюбетейку и он принесет ее вместе с головой. То есть ребята перестарались, в итоге еще одна поломанная судьба, а правящий режим в Узбекистане и лично Ислам Каримов из своего ярого сторонника, своими руками сотворил себе еще одного заклятого врага, одного из многих тысяч таких же как он, кого намотал маховик «второй волны массовых репрессий» в «лихие 90-е».
Но мы отвлеклись, на пятидесятый день, видимо терпение следователей кончилось, и Сержу суждено было попасть под «раздачу», в милиции это еще называют, «довести до сознания пациента». Специально обученные менты, могут под пытками заставить любого человека поверить во что угодно, и к концу своего пребывания в подвале МВД, Серж Иваков уже сам поверил в то, что ему приписали менты, что он этакий негодяй и преступник. Интересно где их обучают этому ремеслу? Какая мать рожает этих изуверов? Хотелось бы знать, где они сейчас?...
Серж, после очередных побоев, сидел в кресле как пилот в самолете перед взлетом, он был скован по рукам и ногам, надежно прикреплен к креслу, так что не пошевелиться, а для пущей неподвижности, менты закрепили его проволокой за горло, так что любое движение лишало его возможности дышать. Позже сержант пришел со скотчем и стал обматывать пальцы Сержа крепя их к подлокотнику кресла.
-«Ну что тварь, долго еще будешь в героя играть? Ты у нас дерьмо жрать будешь! Подпишешь»?- Серж уже не видел, кто это сказал, кто-то бил его деревянной линейкой по лицу.
В соседней комнате, кричала женщина и было понятно, что ее не только били, но и окунали головой в воду, а еще Серж понял, что ее раздели и сейчас будут насиловать! От того жертва кричала еще громче. Скорее всего это была девушка – узбечка.
Потом началось нечто ужасное, они выдернули ногти из его пальцев при помощи пассатижей. Три мента держали его, а четвертый, зажав указательный палец и ухватив за ноготь пассатижами, резко рванул на себя и сам чуть не упал на спину. Серж взвыл от боли и потерял сознание, но сильный разряд тока в пах вернул его в чувство. Менты предварительно распороли его брюки в промежности вырезав с корнем кусок джинсы вместе с трусами. Потом менты взялись за левую руку, вырвали два ногтя на указательном и большом пальцах. В область паха подвели два электрода с деревянной ручкой похожей на вилку, которой вынимают жареные пирожки из кипящего масла.
-«Ну сейчас ты заговоришь, смотри что мы тебе приготовили» - голос сбоку звучал эхом, а рядом кто-то настойчиво талдычил – «Ты подпиши, а то подохнешь тут, закопают за городом и могилы твоей не найдут».
-«Да хрена ли ты перед ним кланяешься» - Серж запомнил это лицо, рыжий парень не большого роста, по виду русский, его имя Петр Осадчих. - «Смотри как надо» и он крепко зажав Сержу нос стал проворачивать его как будто хотел открутить его как болт. Серж заорал, а мент вставил в открытый рот бедолаге струбцину-расширитель, которыми обычно столяры скрепляют или разделяют мебель.
– «А хочешь, я тебе бутылку в ж*пу засуну? Ты как хочешь с вазелином или с солидолом»? – видно было, что рыжий испытывает наслаждение от причиняемых страданий своим жертвам. Серж понял, что этот мент не нервничал, он просто делал свою работу, к которой привык, как привыкают к ежедневному труду инженеры, и рабочие, крестьяне и студенты. Для него это был обычный рабочий день, а крики истязаемых им жертв были неотъемлемым производственным процессом, как шум станка у токаря или запах краски для маляра. Петр привык к этому.
Рядом стоял кто-то из ментов и Серж понимал, что он тут не начальник а скорее зритель, который сам в шоке от произошедшего. -«Слушай, подписывай, иначе будешь к утру без пальцев, без зубов и без яиц» - голос сбоку настоятельно бормотал о признании, - «Ты сам не понимаешь, что он с тобой сделает». В глазах молодого мента был неподдельный ужас.
«Уйди, бля не мешай» - это был голос рыжего и уже сквозь слезы отчаяния Серж видел как рыжий засунув ему в рот пассатижи начал, выкорчевывать зубы, один за другим, выламывая здоровые зубы. Серж уже не чувствовал боли он задыхался от крови в горле… Всего ему выбили шесть зубов, предусмотрительно оставив корни, чтобы находясь в тюрьме Серж мучился и не мог есть с открытыми нервами зубов.
Серж потерял сознание, но быстро очнулся. Свесив голову как китайский болванчик на бок, сквозь радугу слез он увидел как в комнату допросов завели под руки его жену – Любовь, она тут же упала на колени перед окровавленным мужем.
-«Вы что с ним сделали? Варвары». - Люба припала на колено, схватила руками лицо мужа, а рыжий мент, любовно намотав ее волосы на кулак, потянул женщину и резким броском уложил ее спиной на стол. Серж рванулся и уже не чувствуя боли он уже не кричал, а мычал.
-«Мы ее сейчас тут всей толпой трахать будем, а потом голодным зекам в общую камеру отдадим», и мент стал медленно расстегивать на ней блузку, и когда появился кружевной узор бюстгальтера, лицо рыжего налилось страстью. – «Смотри, какая шалава» - мент обращался куда-то в сторону, проводя рукой по ее бедрам и запустив большой палец под ее трусики, стал тянуть их вниз. Люба кричала, а Серж кивнул головой и выдавил из себя: -«О-ш-тавте эё, я фсе потпифу», он понял что не может даже говорить. Уже в бреду, он слышал плач жены над ухом и чувствовал, как она отрывает скотч от стула, а в коридоре был слышен голос рыжего мента: - «Все, Эдуард Саманганыч, он готов, все подпишет»….
Потом в комнату зашел Зокир Алматов министр внутренних дел Узбекистана, он был в гражданской одежде, все вытянулись по струнке. Он внимательно осмотрел Сержа и покосившись на стоящих рядом ментов, указав глазами на окровавленное тело Сержа. – «Смотрите не перестарайтесь, чтобы не получилось как в прошлый раз с муллой. Если он сдохнет, я вас прикрывать не буду».
Министр склонился и вглядываясь в глаза Ивакова, как бы сочувственно произнес, - «Ну как ты? Живой? И зачем надо было доводить до этого? Сразу бы подписал и уже был бы в «Таштюрьме». И уже выходя он, вроде сочувственно бросил на прощание, - «Да брат, у нас так! Иначе никак, сам понимаешь». А ментам он уже более строгим голосом добавил, - «Смотрите аккуратнее тут. Все ясно».
-«Так точно» - гаркнули менты в один голос. Позже Серж узнал, что руководил пытками сержант Петр Осадчих из спецбатальона МВД, а остальные были стажеры из высшей школы МВД.
Через три года, в 2000 году, Серж случайно встретил Осадчих на улице и тот бросился бежать со всех ног, но споткнувшись, упал на спину и оборонялся, как кот отбивается от настигшей его собаки. Оказалось, что его выгнали из милиции за систематическую пьянку и нарушение дисциплины. – «Это не я! Прости меня брат! Это все Чжен и Алматов! Они сказали, что им нужно признание любой ценой! Прости! Прости!». Серж стоял как памятник, сложив руки за спиной, а из его рукава, будто осиное жало, показалось лезвие ножа. С некоторых пор он стал носить нож в рукаве, на случай ареста. Для себя Серж решил, что если его будут арестовывать, то он обязательно зарежет двух или трех ментов, а дальше будь что будет, все равно убьют, так лучше уж сразу при задержании выстрелом в голову, чем потом подыхать в подвале под пытками. Специально для этого он обучился тактике ближнего ножевого боя МАКО. Итак, Серж стоял неподвижно, мусоля в ладони рукоятку ножа, как мнут сигарету, рыжий сидел на заднице и честными глазами просил о пощаде, да так что обосался от страха. Но вдруг, оттолкнув Сержа, Петр убежал, а на последок погрозив кулаком крикнул: - «Тварь, мы еще встретимся! Надо было замочить тебя тогда». Серж не смог убить его, хотя думал об этом долго и часто, он просто не смог убить безоружного человека. Наверное сработал «солдатский инстинкт» - нельзя убивать безоружных и беспомощных. Умелым движением, он сложил нож обратно в рукав. Через год, Петра Осадчих убили в Питере гастарбайтеры, кто-то видимо узнал своего обидчика или судьба действительно справедлива, что даже уехав в другое место нельзя сбежать от справедливости. Петр Осадчих, изувер и палач нашел свое истинное место, в могиле.
В «память» о пребывании в подвале МВД у Сержа до сих пор нет трети зубов во рту, а на указательных и больших пальцах обоих рук видны последствия пыток, ногти на руках, вырванные с корнем заживают долго, а потом на пальцах остаются впалые рытвины, как обгрызанные карандаши у школьника.
Но это было потом, а сейчас….
А ты знаешь, как приятно пахнет бетонный пол после пыток? Он пахнет звездной пылью и вечностью!
…После допроса прошло уже часа три или четыре, Сержа выбросили на прогулочный дворик, где он быстро очнулся от холода, лежа на спине и тысячи иголок впились в тело, руки не чувствовали пальцев, а ноги не слушались мозга, он лежал на бетонном полу прогулочного дворика МВД в порванной одежде с окровавленным лицом. Погода 18 апреля 1997 года задалась мрачная, всю ночь лил дождь, такой теплый и необычный для ташкентской весны. В дверном проходе стоял сержант и поливал обездвиженное тело Сержа из шланга холодной водой. При этом лицо его было искажено гримасой, как будто он был не надзиратель, а летчик истребитель, который пытается поразить цель. Мент зажимал пальцами шлаг как голову змеи и тонкая струя ледяной воды врезалась тело Сержа и только когда вода коснулась лица он согнул руку в локте и приподнявшись огляделся вокруг. Лицо представляло собой один большой синяк, челюсть висела, рот не закрывался и язык не слушался. Ладони ватные, пальцы хоть и были замотаны бинтами, ужасно болели. Каждое движение отражалось неописуемой болью во всем теле. Было холодно, страшно холодно, невыносимо холодно, тело непроизвольно тряслось, и Серж упал на спину. Тут во дворик зашел кто-то еще, Серж не видел его, запомнились лишь, офицерские сапоги, натертые до блеска и уже знакомый голос над головой :
- «Ну хары, с ним цацкаться, дай я ща обоссу этот кусок гавна».. .Серж узнал его, этот баритон он запомнил на всю оставшуюся жизнь, голос рыжего мента сержанта, который пытал Сержа и насиловал его жену. Оказалось, что Любу все же изнасиловали четыре мента, прямо в комнате для обысков подвала МВД уже после допроса. Менты не сдержали свое слово, Серж лежал без сознания, а в этот момент менты насиловали его жену. Любовь сделала неудачный аборт, потом несколько операций, лечение в стационарах и после этого она уже не могла иметь детей. Куда им было идти жаловаться, если изнасилование было в самом МВД Республики Узбекистан? А сколько таких преступлений совершалось в подвале МВД? А сколько в других местах? Есть много пострадавших на допросах в подвале ГУВД г. Ташкента…
…Мент мочился долго и шумно, как конь и пахучая струя его мочи была совсем рядом с ладонью Сержа, он пытался впиться пальцами в бетон, но тщетно, Серж потерял сознание……
Комары! Откуда сейчас комары? В середине апреля, не может этого быть?!? Но второй укус комара заставил Сержа отрыть глаза. Человек в белом халате и кусочком ваты в руке склонился над кроватью. – «Вы что с ума все сошли? Еще трупа мне тут не хватало. Совсем меры не знаете? Вот придурки….», крикнул он куда-то в сторону.
Это был врач, лицо его растянулось в блаженной улыбке, - «Добро пожаловать обратно» и Серж увидел сквозь толстые стекла очков, глаза седовласого человека в белом халате.
Как его перевезли из подвала МВД в другое место, он уже не помнил, но пролежал в санчасти «Таштюрьмы», еще неделю, пока не пришел в себя окончательно и стал ходить без помощи костылей…
И ты думаешь это был ад? Нет, земной ад лишь воссоздан по крупицам и воплощенный в тюремных казематах бывших стран СССР и особенно в республиках Центральной Азии, так усердно поддерживаемых Германией, США и Израилем.
Доподлинно известно, что такую практику ведут правоохранители стран СНГ и сколько ни кричат международные правозащитные организации о нарушениях прав человека, все без толку.
«Профилактические аресты» во времена так называемой «второй волны массовых репрессий в Узбекистане», было обычной практикой устранения неугодных режиму, человека преследуемого по политическим мотивам осуждали как уголовника, но таких как Серж, менты меж собой называли «социально-опасный элемент», а по сему он уже был недочеловек, его можно было пытать, бить и даже убить. Он был объектом для истязаний. Еще находясь на воле, задолго до ареста он никогда не думал, что будет подвергнут таким сильным унижениям, что его будут ломать и перемалывать. Он не думал, что рядом с нами всегда есть этот ад, имя которому тюрьма и тюрьма будет преследовать его весь остаток жизни.
Ты думаешь, что я все это выдумал? Нет, к великому сожалению, судьба Сержа Ивакова не единственная и к сожалению не последняя и сегодня людей продолжают истязать в подвалах на допросах палачи в милицейских погонах.
Ментовской беспредел так и будет процветать, пока об этом молчат в Европе в США.
Евгений Дьяконов отрывки книги «В зоне uz», том первый «Для тех, кто свободу любит [http://goo.gl/p2NeIg]»
